Получается, что выпускающий как на сцене, все на него
смотрят. Куда я ни гляну, всюду глаза диверсантов на меня в упор смотрят.
Шальные глаза у всех. Нет, пожалуй, командир группы - исключение. Дремлет
спокойно. Расслаблен совсем. Но у всех остальных глаза с легким блеском
помешательства. Хорошо с трех тысяч прыгать! А тут только сто. Много всяких
хитростей придумано, чтобы страх заглушить, но куда же от него уйдешь? Тут
он, страх. С нами в обнимку сидит.
Уши заломило, самолет резко вниз пошел. Верхушки деревьев рядом мелькают.
Роль у меня плохая: у всех вытяжные тросики пристегнуты к центральному
лееру, лишь у меня он на груди покоится. Пропустив всех мимо себя, я в
последний момент должен свой тросик защелкнуть над своей головой. А если
промахнусь? А если сгоряча выйду, не успев его застегнуть? Открыть парашют
руками будет уже невозможно: земля рядом совсем несется. Я вдруг представил
себе, что валюсь вниз без парашюта, как кот, расставив лапы. Вот крику-то
будет! Я представляю свой предсмертный вой, и мне смешно. Диверсанты на
меня понимающе смотрят: истерика у проверяющего. А у меня не истерика. Мне
просто смешно.
Синяя лампа над грузовым люком нервно замигала.
- Встать! Наклонись!
Первый диверсант, Лысый Тарзан, наклонился, выставив для устойчивости
правую ногу вперед. Брат Евлампий своей тушей навалился на него. Третий
навалился на спину второго, и так вся группа, слившись воедино, ждет
сигнала. По сигналу задние напрут на передних, и вся группа почти
одновременно вылетит в широкий люк. Хорошо им. А меня никто толкать не
будет.
Гигантские створки люка, чуть шурша, разошлись в стороны. Морозом в лицо.
Ночь безлунная, но снег яркий, слепящий. Все как днем видно. Земля-вот она.
Кусты и пролески взбесились, диким галопом мимо несутся. ПОШЛИ! Братцы!
ПОШЛИ!!!
Хуже этого человечество ничего не придумало. Глаза сумасшедшие мимо меня
все сразу. Сирена кричит, как зверь умирающий. Рев ее уши рвет. Это чтоб
страх вглубь загнать. А лица перекошены. Каждый кричит страшное слово:
ПОШЛИ! Увернуться некуда. Напор сзади неотвратимый. Передние посыпались в
морозную мглу. Поток ветра каждого вверх ногами бросает. ПОШЛИ!!! А задние,
увлекаемые стадным инстинктом, тут же в черный снежный вихрь вылетают. Я
руку вверх бросил. Щелчок. И вылетаю в морозный мрак, где порядочные люди
не летают. Тут черти да ведьмы на помеле, да Витя Суворов с парашютом.
Все на сверхмалой высоте одновременно происходит: голова вниз, жаркий
мороз плетью-семихвосткой по роже, ноги вверх, жуткий рывок за шиворот,
ноги вниз, ветер за пазуху,